Популярный российский блогер Артем Пименов озвучил бортовой компьютер в фильме СМЕШАРИКИ СКВОЗЬ ВСЕЛЕННЫЕ

Известный миллионам подписчиков своей искрометной иронией, Тема Пименов (Тема Вотерфорк) подарил компьютерному разуму космолета «Рики» уникальную харизму. Широкий прокат фантастического игрового фильма СМЕШАРИКИ СКВОЗЬ ВСЕЛЕННЫЕ стартует 6 августа. Проект создан ГК «Рики» в партнерстве с Кинопоиском. Дистрибьютор: кинопрокатная компания «Вольга».

По сюжету Крош и Ежик находят в Ромашковой долине необычное устройство, которое переносит их в игру про будущее, где они – обычные дети на космическом корабле, летящем на Марс. Приключения начинаются тогда, когда герои осознают – это не игра, а другая реальность. Крош и Ежик действительно превратились в людей – мальчиков Кирилла и Женю. А корабль, на котором они летят, вот-вот врежется в Сатурн. Чтобы спасти корабль, друзей, а заодно и весь мир, Крошу и Ежику предстоит раскрыть тайну двух вселенных и узнать, что все это время от них скрывали взрослые.

Помимо членов экипажа, полноправным и важным участником космической экспедиции стал бортовой компьютер, который не просто координирует полет, но и в самые критические моменты выручает героев мудрыми советами.

В коротком интервью пресс-службе «Рики» Артем Пименов рассказал о специфике работы над проектом, поиске правильной интонации и своей любви к Смешарикам.

– Артем, какова была ваша первая реакция, когда поступило предложение озвучить бортовой компьютер в проекте «Смешариков»? 

– До последнего не верил, пока на студии не оказался. Я даже когда записывался, думал: «Да нет, шутка какая-то». Я с детства мечтал быть актером озвучивания. Поэтому был безумно счастлив, когда поступило предложение. Но скорее всего, в кинотеатре буду смотреть и придираться к самому себе, чаще всего так и бывает. Но все равно очень-очень круто было.

– В своих социальных сетях вы часто иронизируете над тем, как формировались правила русского языка. Каково было работать над звуковым образом космического корабля? Ваш бортовой компьютер изъясняется на безупречном русском или вам все же удалось добавить ему немного авторского хаоса?

– Компьютер, как ему и положено по статусу, разговаривает в максимальном соответствии с нормами русского языка. Добавить от себя чего-то по-настоящему живого в полной мере не получилось. Однако в моменты, когда он проявляет характер, он способен выдать нечто не совсем академическое, если можно так выразиться. В остальном мой персонаж говорит на безупречном русском языке – за исключением, пожалуй, слова «критический», но эту деталь мы оставим за скобками. Все остальное выверено идеально. Интонации абсолютно ровные, ведь на то он и компьютер. Привнести авторский хаос не удавалось из-за самой природы персонажа: он механистический и изначально не задумывался как одушевленный.

Конечно, в эпизодах надвигающейся опасности или в другие острые моменты он проявляет сопереживание и определенные эмоции, но это уходит скорее на второй или даже двадцать пятый план. Главная задача заключалась в том, чтобы бортовой компьютер звучал аутентично – как реальный искусственно созданный голос. Поэтому я старался сохранять его достаточно нейтральным. Ну а русский язык он, разумеется, знает безупречно: в него заложен колоссальный объем данных, это же компьютер.

– Как вы работали над голосом? Был ли у вас реальный прототип или референс, на который вы опирались?

– Секрет прост: однажды я с этим голосом родился, потом очень много пел в душе –  и вуаля (смеется). Если говорить серьезно, то голос компьютера очень близок к моему настоящему, повседневному тембру. Намного больше вопросов вызывали именно интонации. Проектировать их оказалось для меня довольно сложной задачей, поскольку требовалось постоянно сохранять ощущение искусственности.

Мой персонаж – не человек, хотя в моменты опасности у него и проскальзывает сопереживание. Но в остальном он – робот. Самым трудным было поддерживать максимально ровную, предсказуемую и одинаковую звуковую волну, не выдавая при этом гигантский спектр эмоций, как я привык делать в обычной жизни.

Что касается конкретных референсов, то их не было – все рождалось непосредственно в процессе, в связке с потрясающим звукорежиссером Игорем Яковелем. Единственное, на что я опирался – это голос, объявляющий станции в пригородных электричках. У меня даже есть видео на эту тему. Знакомые всем интонации в духе «Осторожно, двери закрываются, следующая станция – Электроугли» довольно часто прослеживаются в поведении бортового компьютера. Так что внимательный зритель обязательно услышит этот характерный тон, под который мы все обычно ездим на дачу. Я просто вспомнил, как пародировал этот формат в своем видео, и частично воспроизвел его у микрофона.

– С кем из «Смешариков» вы бы точно рискнули полететь в открытый космос? И кто вы сам из персонажей Ромашковой долины?

– Сам я – стопроцентный Крош. И дело тут вовсе не в моем умении подражать его голосу, а исключительно в характере. Конечно, с возрастом во мне стали проскальзывать нотки и других, более взрослых персонажей. Например, Кар-Карыча или Копатыча – особенно с учетом моей внезапно открывшейся любви к садоводству. Но эта детская непосредственность, авантюризм Кроша, его постоянная готовность к приключениям и их активный поиск – это абсолютно моя история. Так что в плане базовой ассоциации я практически всегда Крош. Разве что в редкие моменты легкой хандры во мне просыпается Бараш, но в большинстве случаев это все-таки Крош.

Что же касается полета в открытый космос, то хотелось бы, конечно, назвать Кроша, но, скорее всего, вдвоем мы бы долго в открытом пространстве не протянули. Думаю, нам бы не хватило и трех минут. В такой экспедиции нужен кто-то повзрослее и поначитаннее. Сначала я подумал про Кар-Карыча, но, пожалуй, выберу Лосяша. С научной точки зрения он самый подкованный. Лосяш точно разберется, как и где все работает, а в случае поломки – сможет ее устранить. В общем, в космосе необходим умный и взрослый компаньон. Поэтому мой финальный вердикт таков: если нужно выбрать строго одного попутчика, то я полечу с Лосяшем. Если разрешено взять двоих, то моим идеальным экипажем станут Лосяш и Крош. С Крошем мы бы отлично веселились, а с Лосяшем – обсуждали суперумные вещи и решали возникающие взрослые проблемы.

– И заключительный вопрос. Продолжите, пожалуйста, фразу: «Для меня “Смешарики” – это…»

– Детство – пожалуй, самый очевидный и первый приходящий на ум ответ. Но если посмотреть глубже, то для меня это колоссальная пища для размышлений, ностальгия и важные жизненные уроки. Это мудрость, легкость и смех.

В этом проекте заложено невероятно много смыслов. Если попытаться объединить все вместе, то «Смешарики» – это квинтэссенция беззаботного детства, к которой мы все время от времени возвращаемся.

Сообщает пресс-служба ГК «Рики»